Поэтесса с Невской заставы | МБУК МЦБ Каневского района

Поэтесса с Невской заставы

    Её называли ленинградской Мадонной. Ольга Берггольц стала одним из символов блокады, ее стихи подчеркнули стойкость ленинградцев и их любовь к своему городу. Это Ольге Берггольц принадлежат строки «Никто не забыт и ничто не забыто».  

Оля Федоровна Берггольц родилась 16 мая 1910 года в семье врача. Окончила филологический факультет Ленинградского университета. Работала журналисткой. Но не все удачно складывалось в судьбе молодой женщины. В 1938 году был расстрелян ее первый муж, поэт Борис Корнилов.    В ночь с 13 на 14 декабря 1938 года пришли и за ней. Ольге было предъявлено обвинение в контрреволюционной деятельности и подготовке убийства Жданова. Статья была расстрельной, обвинение было ложным. В 1939-м в ее невиновности все-таки разобрались, но попала она в тюрьму на большом сроке беременности, невыносимые условия, допросы с пристрастием привели к тому, что ребенок родился мертвым.

Наладить ее новую жизнь пытался второй супруг Николай Молчанов.  Надежды на счастье перечеркнула война. В ноябре 41-го их семью должны были эвакуировать, но тяжело больной муж умер от голода, и она осталась.

Ольга не могла сидеть без дела и уже в первые дни войны пришла в Ленинградское отделение Союза писателей. Ее направили в распоряжение литературно-драматической редакции Ленинградского радио. Именно здесь она обрела известность. Ее голоса ждали измученные, но непокоренные ленинградцы.

Каждый день строго по графику она приходила в студию, и в эфир летели ожидаемые блокадниками слова: «Внимание! Говорит Ленинград! Слушай нас, родная страна. У микрофона поэтесса Ольга Берггольц». Именно она успокаивала и вдохновляла, отогревала души и сердца людей. Как сестра и мать, требовала быть сильнее страха смерти: живи, борись, побеждай. Каждый слушатель воспринимал как личное обращение такие строчки: «Что может враг? Разрушить и убить. И только-то. А я могу любить…». …Я буду сегодня с тобой говорить, товарищ и друг ленинградец,  о свете, который над нами горит, о нашей последней отраде.   Товарищ, нам горькие выпали дни, грозят небывалые беды, но мы не забыты с тобой, не одни, – и это уже победа.

Все дни блокады Ольга оставалась в родном городе. Часто не хватало сил, чтобы добраться до дома, и она ночевала в студии. Но силы духа у нее всегда хватало, чтобы поделиться доверительными и мужественными стихами.

      Голос Ольги Берггольц, наполненный небывалой энергией, звучал в эфире три с лишним года. Ее слова входили в обледенелые мертвые дома, вселяли надежду в голодных, ослабевших людей, им верили.

     Обжигающие выступления Берггольц имели такую силу, что немцы внесли ее в список советских деятелей, которые сразу будут расстреляны, как только возьмут Ленинград.

     Откуда Ольга Федоровна брала силы – неизвестно. От истощения она была на грани смерти и так же, как все, прозябала на голодном пайке. В 42-м ее вывезли в Москву, но при первой же возможности она торопится «назад, в Ленинград, в блокаду».

     Умерла Ольга Берггольц в Ленинграде 13 ноября 1975 года.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Все опции закрыты.

Комментарии закрыты.