Чудеса и приключения любят все. Даже если вы серьёзный, взрослый и ответственный человек, вы всё равно ждёте чего-то особенного. В течение всего этого юбилейного года для журнала «Чудеса и приключения», мы рассказываем вам, дорогие читатели, о некоторых его публикациях. Представляем  вашему вниманию статью Андрея Ардера под рубрикой «Из глубины веков», которая посвящена истории моды, конструкциям женственности и мужественности в массовой культуре. Мода, увлекая за собой, словно сулит достижение конечного образца красоты. Но кто ж не знает, что верить этой переменчивой особе не стоит. Ведь европейская мода десятки раз настойчиво предлагала человеку усовершенствовать его внешность так, что сегодня это кажется просто комичным.

Опытный портной почти всегда дотянет видимые пропорции тела до идеала. Средневековые женщины любили подчеркнуть животик, а в XVI веке, напротив, утягивались чуть ли не до обмороков. В это же время в Испании мужчины превращались в конусы, из-под которых неестественно торчали ноги в чулках… Чаще всего модникам хотелось что-нибудь увеличить, подчеркнув достоинство, богатство, положение в обществе.

А был ли гульфик?

И всё равно удивительно, как в XVI веке обязательной частью одежды европейца стал… выразительный гульфик! Сколько осталось портретов доблестных мужей, желавших казаться ещё более доблестными! Великий философ Мишель де Монтень, современник странной моды, писал про неё, что она – «бесполезная модель части тела, не имеющего даже приличного наименования, однако ж мы бравируем ею на пуб­лике».

Состоятельные люди украшали интересную выпуклость бахромой, лентами, драгоценными застёжками. Самые дерзкие пристёгивали гульфик так, чтобы он торчал параллельно полу. Пожалуй, самым известным поклонником этой остромодной детали был король Англии Генрих VIII (1491–1547). Он превратил её в самостоятельную часть одежды: стёганую, с декоративными прорезями, с драгоценными камнями. Самые практичные мужчины ухитрялись использовать эту деталь туалета как карман или кошелёк. Впрочем, гульфик, часто набитый уже неизвестно чем, постепенно терял пышность формы и к 1600 году исчез как не бывало.

Черные зубы – эмблема богатства

Королева Елизавета Первая (1533-1559) тоже внесла свою лепту в историю моды. Время ее правления называют Золотым веком Англии: при ней жили поэт Кристофер Марлоу и философ Фрэнсис Бэкон, да что там – творил сам великий Шекспир!

Умная, образованная женщина, не отличалась, однако, особой красотой. Поэтому чем более Королева-Дева увядала, тем роскошнее становились ее наряды! (Она оставила после себя больше 2000 платьев.) Итак, рукава делались все шире, талия все –  уже, воротники – все вычурнее. Широкий белый воротник до сих пор называют «тюдоровским». А одна мода до смешного подчеркивала лизоблюдство придворных. Зубы сладкоежки Елизаветы в конце концов изъел  кариес. И в ее окружении, а потом и шире, пошла мода на… черные зубы. Их чернили специально, и они стали символом богатства: в конце концов, действительно, бедные не могли позволить себе много сладкого.

33 сантиметра в талии

Корсет пришел из античности, когда мужчины носили под хитонами кожаные пояса, подчеркивая грудь и талию. А бедные женщины жестоко страдали. Корсет из деревянных палочек сдавливал  и сглаживал грудь. Испанская церковь считала это методом борьбы с человеческим сладострастием. Форму воронки корсеты обрели в XVIII веке. Но тут были свои страсти. Объём талии не должен был превышать 33 сантиметров! Зато груди теперь было позволено выпирать из декольте сколько позволяли приличия. Женщины мучились болями в сдавленном желудке, падали в обморок от нарушения кровообращения. Но чего не сделаешь ради мужчин!  Адский корсет носили даже беременные. Против него выступали врачи, общественные деятели, даже философы. Последний раз осиная талия вошла в чёртову моду в 90-е годы XIX века. Потому что в 1905 году великий парижский модельер Поль Пуаре изобрел рубашечный покрой платья, позволявший женщинам дышать свободно. Это была настоящая бомба! Недаром Пуаре по вкладу в культуру сравнивают с Пикассо.

Бархатные ходули

К самым мучительным элементам одежды традиционно  всегда относилась обувь. Но мы тут конечно не про лапти. Вот взять бы хотя бы Венецию. Заболоченное было место. А потому в XVI веке там изобрели туфли на платформе – чопины. Некоторым понравилось быть чуть выше других. А богачкам захотелось все время быть повыше! Высота их «ходулей» достигала 50 сантиметров. Поэтому во всех отношениях высокомерную  модницу всегда подстраховывала идущая рядом служанка. Жаль тех страдалиц – ведь как удобно сейчас носиться в кроссовках. А орудие пытки ХХ века – остроносые  лодочки на 12-сантиметровых шпильках, –  кажется, скоро угодят в те же музеи, что и чопины.

В современном обществе с учетом негласных правил этикета, что каждый день необходимо менять наряд, (ходить в одинаковом 2 дня подряд недопустимо, –   моветон из-за гигиенических и этических  соображений) сбылась мечта модниц – теперь можно держать при себе стилиста круглосуточно. Приложение Cluise помогает решить вечную проблему «что надеть?» на основе вашего реального гардероба. Фотографируете свои вещи, загружаете снимки в приложение – и каждое утро видите на экране новые луки, сгенерированные с учетом наличия вещей, направлений моды, ваших предпочтений, погоды и планов на день (рекомендации журнала «Лиза», 2021, № 49).

Какой бы вы ни были утонченной и благородной, люди все равно будут оценивать вас по внешнему виду. Даже скромная и милая Золушка не решилась пойти на бал в старом платье, а попросила наколдовать ей красивый и безупречный наряд. Так уж сложилось, что люди хотят общаться с опрятными и стильно одетыми людьми, а если вы будете приходить на встречу в вылинявшем платье, то желающих оценить ваш богатый внутренний мир может и не оказаться.

А кто знает, к каким переменам приведут нынешние нервные пандемийные времена. Может людям вообще станет не до стильных вещей, а модником будет считаться тот, кто сможет безбоязненно выходить на улицу, демонстрируя свой богатырский иммунитет.

 

Подробнее читайте в №10/2021 

                                                                          

По страницам журнала Л.Человская, гл. библиограф