Сегодня в России отмечают 350-летие со дня рождения Петра I. В честь юбилейного события  проходят многочисленные торжества, фестивали, выставки, концерты и другие просветительские и памятные мероприятия. Специалисты нашей библиотеки подготовили для вас, уважаемые читатели, рекомендательный список литературы «Когда Россия молодая мужала с гением Петра», (см. http://bibkan.ru/wp-content/uploads/2022/06/Петр-I.pdf) где собраны рассказы, романы и повести, статьи из периодических изданий о Петре Первом, его военных победах и реформах, имевших огромное значение для дальнейших успехов страны, русской регулярной армии и военно-морского флота, о том, почему сейчас так злободневны мирные и военные уроки первого российского императора. Читайте книги о жизни, военных победах и свершениях первого российского императора Петра Великого, гордитесь преобразованиями царя Петра I, его стремлением сделать просторы нашей страны более обширными, а людей — образованными и просвещенными. Наша сила – в единстве, в уважении к нашей истории, в правде и чести.

Майский номер журнала «Родина» полностью посвящен монарху-реформатору и мы знакомим вас с документальными материалами, исследованиями для изучения выдающейся личности Петра I. Вы откроете для себя Петра Первого с абсолютно новой точки зрения. Тем более что был и другой взгляд на Петра.

Из Петра Великого любят делать сказочное и добродетельное существо. Прост, справедлив, обходителен, высок и могуч, всё — сам, своими руками, от простого солдата и плотника рос до высших чинов, всё, что имел, имел только по заслугам, великий царь — на все времена. «Каждый день ходил он на работу с топором в руках и делал всё, что ему приказывали. Петр I принял на себя великую задачу быть во всем народным наставником: не столько приказами и строгими наказаниями пробуждать других работать и учиться, сколько собственным примером, своею неутомимою деятельностью».

А вот его слова, образец для подданных: «Государь должен отличаться от подданных не щегольством и пышностью… но постоянным ношением на себе бремени государственного управления и попечении об их пользе и облегчении». Всем царям — царь! Петр Великий — «виновник бесчисленных благополучий наших и радостей, воскресивший аки от мертвых Россию и воздвигший в толикую силу и славу…», «Какову он Россию свою зделал, такова и будет: зделал добрым любимою, любима и будет; зделал врагом страшную, страшная и будет, зделал на весь мир славную, славная и быть не престанет». Но жизнь, внимая дифирамбам, только пожимает плечами и говорит нам тихонько: «Да, великий, но вы все-таки разберитесь получше, не стройте уж таких мифов, смотрите зорко, внимательно и пусть скучно и реалистично, но все-таки имейте правильное мнение, кем он был, великий государь, что он внес и что построил, и лучше знать правду без прикрас и без преуменьшений, только правду, как она есть, чтобы строить собственную жизнь».

Миф об Антихристе

Это взгляд — черноватый, уничижительный, взгляд враждебный, чтобы было легче бунтовать. Он – Антихрист. Взгляд этот ходил везде, особенно на Севере и среди старообрядцев. «Народ почитал Петра антихристом». «В самой плоти его… на лице, и на челе, и на главе, и на всех удех его, даже до ногу его, образ и начертание мерзости запустения, латынства, якож брадобритие богомерзкое, и чела оголение, и покровение на главе, по обычаю поганых немцев и люторцов, и прочая вся одежда его латынская, паче же бесовская» . «Он не государь, а латыш, поста не соблюдает; он льстец (обманщик), антихрист, рожден от нечистой девицы; что он головой запрометывает и ногой запинается, и то, знамо, его нечистый дух ломает».

Миф о подмененном царе

А вот еще один взгляд. «Какой де он царь, он де вор, крестопреступник, подменен из немцы, царство свое отдал боярам, а сам обусурманился и пошел по ветру с немцы, в среду и в пятницу и в посты сряду есть мясо». Петр I — «швед подменной», царь неистинный, замененный на антихриста либо в младенчестве, либо в заграничье. «Он предстал перед народом с таким непривычным обликом… не в короне и не в порфире, а с топором в руках и трубкой в зубах, работал, как матрос, одевался и курил, как немец, пил водку, как солдат, ругался и дрался, как гвардейский офицер. При виде такого необычного царя… народ невольно задавал себе вопрос: да подлинный ли это царь?». Он — подмененный, он — подкидыш. «Петр поехал за границу — это так; да Петр ли воротился из-за границы?».

Царь подмененный, царь Антихрист — взгляд народа, а царь великий — так будет звать его элита, верхушка, и мы, вкусившие плоды просвещения. Кто же он, если миновать мифы и пытаться исходить только из фактов, воссоздавая его «фигуру» во плоти?

Фигура во плоти

Он — выше 2 метров, «цвет лица красноватый и смуглый; прекрасные черные глаза, большие, живые, проницательные и хорошо очерченные», быстр, энергичен. И еще — конфликтен. «Страшные движения и жесты царя доктора зовут конвульсиями. Они случаются с ним часто, преимущественно, когда он сердит, когда получил дурные вести… когда чем-нибудь недоволен или погружен в глубокую задумчивость». «Блуждающий и страшный взгляд царя продолжался лишь одно мгновение: он тотчас оправлялся. Вся его наружность обличала в нем ум, глубокомыслие, величие и не лишена была грации… Сколько он пил и ел за обедом и ужином, непостижимо». «Любил великолепие в празднествах», но в частной жизни — необыкновенная простота: вилка и нож с деревянными черенками, халат и ночной колпак из посредственного полотна». Гнул на спор монеты. Любил до всего дотронуться физически, всё делать сам, властвуя над мертвой материей. «Я… застал царя дома — неодетым, в кожаном, как у ремесленника фартуке, сидящим за токарным станком. Царь часто развлекается точением и, путешествуя, возит станок за собой… Он не уступит искуснейшему токарю». Его считали «лучшим корабельным мастером в России… сам мог сработать корабль с основания до всех технических мелочей его отделки». Ощущать со страстью, гнуть, резать… Считал себя хирургом. Из г-жи Борстен, «одержимой водяной болезнью», выпустил более 20-ти фунтов воды, чем гордился. Она потом скончалась. «Собственными инструментами выдернул зуб… долговязой голландской девке… считает себя хорошим зубным врачом и всегда охотно берется вырвать кому-нибудь зуб». «После него остался целый мешок с выдернутыми им зубами». Питал склонность к анатомическим театрам. «Увидав… в анатомическом кабинете превосходно препарированный труп ребенка, не утерпел и поцеловал его». «Петр собственноручно отрубил головы… пятерым стрельцам». Казнь сына, казни в близком окружении Петра, страшные казни тысячами — этим была пропитана жизнь.

Любил огонь, любил сам, своими руками устроить фейерверки. Любил тушить пожары, «лез на самые опасные места». «Он ехал так, как будто разом хотел загнать лошадей до смерти… Поезд его состоял из 20-ти или 30-ти саней… Все они были заполнены людьми, которые изо всей мочи свистали и пели… Он ездил со всею этою свитою до утра и… пили при том страшно…». Всё — сам. Всем управлял — лично, «пропущение времени смерти невозвратной подобно».

Две жены, 10 детей, всегда с «метрессами», 53 года жизни, вечно в войнах и подавлении бунтов, вечно — в движении, вечно — не в столицах. «Из 35 лет его царствования только один 1724-й год прошел вполне мирно, да из других лет можно набрать не более 13 мирных месяцев». Войны на Западе и на Востоке (персидский поход). Исколесил всю Европу, десятки городов от Черного до Балтийского и Каспийского морей. «…Он, царь… в важных делах почти что не имеет помощников, вследствие чего поневоле заведует всем сам. Остается только удивляться… уму этого человека, правящего всем самолично… природным его силам». Знал голландский, немецкий, французский. До всего старался дотронуться сам, достать и перенести в Россию любую новинку. После него остались 233 фабрики, сотни судов и более 16 тысяч пушек. Осталась армия в 300 тыс. с лишним чел.

Из России сделал вертикаль (губернии, провинции, военное и гражданское устройство по «иноземному строю», бюджет и налоги, реформа права, все уровни просвещения, огосударствление церкви). Выстроил всё служащее население (табель о рангах), всех, кто «внизу», загнал в клеточки, закрепостил, переписал, связал накрепко с рекрутским набором, с подушевым налогом, а дворянство — с армией с 15 лет, с единонаследием, высвобождавшем массу людей для нужд государства. Так было создано военно-гражданское население России, во многом подчиненной армии и флоту. Какой была этому человеческая цена?

Цена преобразований и жизней

«Добрый по природе как человек, Петр был груб как царь, не привыкший уважать человека ни в себе, ни в других». «Радея о народе, он до крайности напрягал его труд, тратил людские средства и жизни безрасчетно, без всякой бережливости… Он больше привык обращаться с вещами, с рабочими орудиями, чем с людьми, а потому и с людьми обращался, как с рабочими орудиями». «Привыкнув никого и ничего не жалеть, он и не жалел ни о ком и ни о чем».

Резко размножились налоги. «В своей финансовой политике Петр походил на возницу, который изо всей мочи гонит свою исхудалую лошадь, в то же время все крепче натягивая вожжи». «Петр понимал экономию народных сил по-своему: чем больше колоть овец, тем больше шерсти должно давать овечье стадо» . Государство, система его управления, его финансы были, если смотреть объективно, подчинены войне, способности империи расширяться, стать европейской силой, иметь для этого ресурсы и технологии.

Петр так и велел — «денег как возможно собирать, понеже деньги суть артериею войны».

Такова двойственность российской истории и главных лиц в ней. Ей хорошо знакомы фигуры, соединяющие в себе одновременно «свет развития», роста производительных сил, и «тьму войны», самого жестокого расхода сил народа как счетных единиц, имеющих ценность только в массе. Петр I наложил отпечаток своей личности на всё будущее строение государства, оно стало его олицетворением и на долгие времена приобрело свойства жесткости, бестрепетного распоряжения людьми, развития только сверху, волею верховных властей.

«Противоречия, в какие он поставил свое дело, ошибки и колебания, подчас сменявшиеся малообдуманной решимостью, слабость гражданского чувства, бесчеловечные жестокости, от которых он не умел воздержаться, и рядом с этим беззаветная любовь к отечеству, непоколебимая преданность своему делу, широкий и светлый взгляд на свои задачи, смелые планы, задуманные с творческой чуткостью и проведенные с беспримерной энергией, наконец, успехи, достигнутые неимоверными жертвами народа и великими усилиями преобразователя, — столь разнородные черты трудно укладываются в цельный образ. Преобладание света или тени во впечатлении… вызывало одностороннюю хвалу или одностороннее порицание… тем настойчивее, что и благотворные деяния совершались с отталкивающим насилием».

P.S. Разве это о Петре? Это еще и о нас с вами. О том, как 300 лет живет наше общество. О петровских временах, которые въелись в нашу плоть и кровь. Не миф, не царь, которого подменили, не Антихрист, а человек реальный, ставший одной из основ общества на века.

Подробнее, читайте статью Якова Миркина «Святой, антихрист, самозванец…» в № 5 журнала «Родина» в нашей библиотеке.

По страницам журнала «Родина» Л.Человская, гл библиограф